Врубель - главная      Мир Врубеля


Врубель     Биография     Шедевры     Картины     Рисунки     Исследования     Музеи     Фото     Хроно     Ссылки
Дмитриева    Коган    Скляренко    Бенуа    Островский    Маковский    Федоров    Рерих      Малолетков    


Вступление     В академии художеств     Монументалист    Великий рисовальщик    На грани безумия    Живописец от бога
Врубель-декоратор    Музыка и литература    Врубель-педагог     Врубель и художественная фотография     Стиль модерн


Ранние годы    Ученичество    Киев. Встреча с древностью    Незамеченные шедевры    Демоническое    
Поиски универсальности    Фантастический реализм    Портреты    Начало нового века    Рисунки с натуры    
Запоздалая слава    Волшебство и магия Врубеля    Тема Пророка    Предпоследнее    Некоторые итоги жизни


Михаил Врубель. Небольшое исследование и анализ творчества. Часть седьмая и предпоследняя

   
   

Царевна-лебедь
Царевна-Лебедь,
1900

   
   

» Первая
» Вторая
» Третья
» Четвертая
» Пятая
» Шестая
» Седьмая
» Восьмая

   
  
Врубель, кажется, воплощает в портрете таинственное знание о близком трагическом переломе в жизни модели. Дело в том, что Мамонтова, этого баловня судьбы, наделенного многочисленными талантами, богатством, властью, вскоре постигнет непоправимое несчастье: позор, арест, разорение, после чего он уже не в силах будет оправиться. Его покинут друзья, даже таланты, которые он открыл и выпестовал. Возможно, тайна пророческого дара Врубеля объясняется не особым талантом провидения индивидуальной судьбы, а выражением мироощущения символизма: душа, заключенная в темницу тела, непреодолимо одинока, существование человека трагично, тайны жизни и смерти непроницаемы. Все перечисленные портреты сближает колорит — обобщающая коричневая тональность, при ближайшем рассмотрении складывающаяся из множества красок. Эта строгость цветового решения соответствует серьезности отношения Врубеля к моделям, но так не похожа на "лиловые миры" (Блок) Врубеля в его картинах. Особняком среди живописных портретов 1890-х годов стоит "Портрет Надежды Ивановны Забелы-Врубель" "в туалете ампир". Он написан на хуторе Плиски и словно впитал в себя краткую пору счастья, которое художник испытал после соединения с Забелой. Врубель впервые не чувствует себя одиноким. Он создает одно из самых гармоничных своих произведений. Светлые легкие краски, лиловатые, фисташковые, словно бы звучат в тональности "ля мажор" — так в письмах к Римскому-Корсакову Забела определяла свое душевное состояние этого периода. В платье и шляпе, сшитом по замыслу Врубеля из легкой просвечивающей кисеи, она напоминает буколическую пастушку. Пора счастья была недолгой. Вскоре, в 1902 году, внезапно умирает малолетний сын Врубелей Савва. Врубель погружается в неизлечимую болезнь. В 1904 году Забела переезжает в Петербург вместе с мужем, которому суждено остаток жизни провести в психиатрических лечебницах. Забела поступает на службу в Мариинский театр, но, как пишет в своем дневнике его директор Владимир Теляковский, ее держат здесь из милости, ради больного Врубеля. Возможное объяснение творческих неудач находим в письме художника Константина Сомова: "Бедную на нашей огромной сцене едва слышно и едва видно. Она сделала ошибку, поступив в Мариинский театр. Поет она очень хорошо для русской певицы, но голос ее утомлен уже".
В начале 1900-х годов Врубель часто рисует и пишет свою жену. Очевидно, к этому периоду относится элегантный парадный портрет Забелы "У рояля", передающий праздничную и взволнованную атмосферу концерта.
платье, словно сотканное из легких кристаллов. Орнаментализованный огонь в камине, напоминающий пламенеющий цветок, довершает впечатление ирреальности сцены.
Сознание беспомощности и трагический стоицизм перед властью рока нарастает в автопортретах начала 1900-х годов. Наступающая болезнь несет с собой сознание обреченности. Как антитеза этому, в искусстве Врубеля оживает горделивое представление о человеке-творце, его избранности и трагическом величии, — оно раскрывается в теме пророка, к которой, начиная с киевского периода, художник неоднократно обращается. Некоторые изображения головы пророка имеют автопортретные черты. Для картины "Пророк" (1898, ГТГ) Врубель использует сюжет одноименного стихотворения Пушкина: явление смертному шестикрылого Серафима. Главной становится зловещая и прекрасная фигура Серафима, сверкающая холодными красками. Пророк отступает на второй план, превращаясь в субстанцию, подобную пламени. В контрастах холода и жара, носителями которых являются Серафим и пророк, - суть его творческого дара - великолепие и мучительность.
В период болезни тема пророка преследует художника, как навязчивая идея. Творчество становится Голгофой. Пророк обретает мученические черты. Колючие штрихи вокруг головы в одном из карандашных рисунков вызывают ассоциации с терновым венцом. Аскетическое лицо, слепой взгляд выражают страдание. В облике "Шестикрылого Серафима" (1904, ГРМ) нарастает грозное, испепеляющее, демоническое величие.
В 1900 году Врубель вновь обращается к образу Демона. Не окончив монументального полотна "Демон летящий (1900, ГРМ), в 1901 году он начинает работать над эскизами к картине "Демон поверженный" (1902, ГТГ). Мотив обреченности сливается в ней с идеей царственного великолепия, пряной экзотической красоты.
Сохранившиеся высказывания художника и его близких позволяют предполагать, что картина мыслилась им как своего рода манифест — отклик на ведущие философские идеи эпохи. В ней должен был найти выражение протест против отвлеченного морализма Льва Толстого, его идеи непротивления, смирения, покорности. Это бунт против уходящей эпохи "народности и прозы" (Белинский). Современники также угадали в картине прославление демонизма сверхчеловека, близкое Ницше.
Суждения о картине едва ли могут быть категоричными. Сохранившиеся эскизы говорят об отсутствии у Врубеля устоявшейся концепции образа. Иногда, например, художник уверял, что Демон уже не повержен, а летит. Художник продолжал переделывать картину даже на выставке, и, по словам очевидцев, лицо Демона становилось то прекрасным, то безобразным. Александр Бенуа утверждал, что Врубель усиливал в нем черты муки, отчаяния, "пыточной вывернутости". Свойственное искусству Врубеля отталкивание от всего мелкого, серединного, пошлого здесь обретает крайне полемическую, заостренную и болезненную форму. Узкий, вытянутый в длину формат холста подчеркивает трагическую распластанность легкого голубоватого тела, которое кажется еще более эфемерным по контрасту с размахом огромных крыльев, охватывающих дальние склоны гор, меркнущие в сумеречном свете. Все в этом существе дышит вызовом, бунтом — и тусклое сверкание полных страдания и ненависти глаз, и жест заломленных рук, и хаос разметавшихся пестрых крыльев.


Исследования, 8


Страницы творчества:     первая     вторая     третья     четвертая     пятая     шестая     седьмая




*   *   *
  "Изумительная обрисованность, кристаллообразность его техники... Какой другой художник, совершенно отвергая помощь стушевки и приблизительности, каждый тон, каждый чуть заметный нюанс ограничивал тончайшими, чуть заметными, но все же определенными контурами?» «У Врубеля, прежде всего, поражает совершенно особенное понимание формы предметов поверхности, их ограничивающие, изобилуя резкими изломами, образуют дробное сочетание сходящихся под двугранными углами плоскостей; их контуры представляют собой ломаные линии, прямые или близкие к прямым, и весь воспроизводимый образ носит странное сходство с грудой сросшихся друг с другом кристаллов».

*   *   *
Мир Врубеля, www.vrubel-world.ru (C) 1856-2014. Все права защищены. Для писем: natashka (собачка) vrubel-world.ru
Создание сайта приурочено к 150-летию со дня рождения великого русского художника Михаила Врубеля
Материалы этого сайта возможно использовать с личного согласия Михаила Врубеля


Rambler's Top100