Врубель - главная      Мир Врубеля


Врубель     Биография     Шедевры     Картины     Рисунки     Исследования     Музеи     Фото     Хроно     Ссылки
Дмитриева    Коган    Скляренко    Бенуа    Островский    Маковский    Федоров    Рерих      Малолетков    


Вступление     В академии художеств     Монументалист    Великий рисовальщик    На грани безумия    Живописец от бога
Врубель-декоратор    Музыка и литература    Врубель-педагог     Врубель и художественная фотография     Стиль модерн


Ранние годы    Ученичество    Киев. Встреча с древностью    Незамеченные шедевры    Демоническое    
Поиски универсальности    Фантастический реализм    Портреты    Начало нового века    Рисунки с натуры    
Запоздалая слава    Волшебство и магия Врубеля    Тема Пророка    Предпоследнее    Некоторые итоги жизни


Книга Доры Зиновьевны Коган. Творчество Врубеля

   
   

Врубель
Автопортрет с
раковиной, 1905


жена Врубеля
Портрет артистки
Н.И.Забелы-Врубель

   
   

1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18 - 19 - 20 - 21 - 22 - 23 - 24 - 25 - 26 - 27 - 28 - 29 - 30 - 31 - 32 - 33 - 34 - 35 - 36 - 37 - 38 - 39 - 40 - 41 - 42 - 43 - 44 - 45 - 46 - 47 - 48 - 49 - 50 - 51 - 52 - 53 - 54 - 55 - 56 - 57 - 58 - 59 - 60 - 61 - 62 - 63 - 64 - 65 - 66 - 67 - 68 - 69 - 70 - 71 - 72 - 73 - 74 - 75 - 76 - 77 - 78 - 79 - 80 - 81 - 82 - 83 - 84 - 85 - 86 - 87 - 88 - 89 - 90 - 91 - 92 - 93 - 94 - 95 - 96 - 97 - 98 - 99 - 100 - 101 - 102 - 103 - 104 - 105 - 106 - 107 - 108 - 109 - 110 - 111 - 112 - 113 - 114 - 115 - 116 - 117 - 118 - 119 - 120 - 121 - 122 - 123 - 124 - 125 - 126 - 127 - 128 - 129 - 130 - 131 - 132 - 133 - 134 - 135 - 136 - 137 - 138 - 139 - 140 - 141 - 142 - 143 - 144 - 145 - 146 - 147 - 148 - 149 - 150 - 151 - 152 - 153

   
  
Занятия живописью стимулировались новым знакомством или новой дружбой с неким Клименко, отметившим художественные задатки Миши, особенно в его фантазиях карандашом. По характеристике Миши Врубеля, его новый приятель - «большой знаток в искусствах, весельчак и, что нераздельно в русском человеке с эстетическими наклонностями, порядочный гуляка». И эта черта Клименко отмечается с осуждением. Заметим здесь весьма удивительное для мальчика-гимназиста попутное высказывание о характере Клименко, которое нам придется много раз вспоминать в будущем:
«...не знаю как тебе, а мне кажется, что моральная сторона в человеке не держит ни в какой зависимости эстетическую. Рафаэль и Дольчи были далеко не возвышенными любителями прекрасного пола, а между тем никто не воображал и не писал таких идеально чистых мадонн и святых». Эстетическое может быть не связано с этическим, но, судя по тому, что юный Врубель осуждает с этических позиций Клименко, он еще верит в возможность и необходимость их единства. Да, все пока достаточно просто, ясно и безмятежно в его душе.
Вместе с графическими и живописными опусами проблемы изобразительного искусства настолько прочно вошли в атмосферу дома, что захватили всех членов семьи. И уже частыми стали споры с отцом на художественные темы. Как Миша отметил в письме к сестре, этот вопрос поворачивался «разными сторонами, интересными для исследования». Какими же сторонами? Надо сказать, что художественные вопросы были тогда одними из самых животрепещущих, модных. Казалось, была странная зависимость: чем больше умами людей овладевала «позитивность», положительность, чем более укоренялись в их сознании доводы практического разума, тем с большей силой рвались они к выяснению вопросов судьбы изящного. Все имели тогда - или, точнее, считали, что имеют, - отношение к искусству. Даже газеты, обстоятельно освещая деловую и коммерческую жизнь города, с явным увлечением одновременно предавались разрешению эстетических проблем. Уже ожидание передвижной выставки подняло в печати Одессы целую бурю словопрений на тему о назначении искусства, о том, что в нем главное - форма или содержание, что важнее в искусстве - тенденция, идея или совершенство, форма, красота. Видимо, вокруг этих вопросов и разгорались споры Миши с отцом - непреклонным приверженцем идейного искусства, хотя, разумеется, и изящного по форме.

Что мы знаем о взглядах юного Миши? Судя по образцам, выбранным для копирования, его привлекает в живописи «искусность», а в мотивах - их противоположность «низкой прозе» будней. Его тянет идеальное, можно сказать, «бесполезная красота». И вслед за тем он, присматриваясь к жизни одесского общества, в частности мамашиных пансионеров и их родственников, выносит приговор пустоте и бездеятельности их жизни вполне в духе идейности 1860-1870-х годов. Надо заметить, в этом случае Миша Врубель настроен в духе семейных традиций. Он достойный племянник Виктора Антоновича Арцимовича - двоюродного брата отца, просвещенного сенатора, сыгравшего самую непосредственную роль в подготовке и проведении реформы об освобождении крестьян. Мишей Врубелем мог бы быть доволен и другой его дядя - Александр Ильич Скребицкий, создавший огромный исторический труд о проведенной реформе, одновременно врач-окулист, посвятивший свою жизнь разработке и пропаганде в России метода обучения слепых. Либеральная настроенность поддерживалась в юном Врубеле и его любимыми писателями - И.С.Тургеневым, Н.В.Гоголем, которые воспринимались им тогда под этим идейным углом зрения. Его увлекает и В.Г.Белинский. Как приверженный русской словесности примерный гимназист, он отдает себя во власть воспитательной стихии отечественной литературы. Вот его выводы после поездки в Кишинев в гости: «Если гоголевская картина русского общества устарела, то никак не относительно бессарабского общества. Этот застой, болото с его скверными миазмами и порождает десятки болезней общества: самодурство, кокетство, фатовство, разврат, мошенничество и т.д. Вообще я положил себе за правило отвечать как можно обстоятельнее и логичнее на вопросы, которые задаёшь себе по поводу разных явлений в жизни окружающего - настоящей и прошедшей, этим я занимаюсь лежа в постели, ожидая, покуда «сладкий сон смежит мои веки», в сочинениях по русской словесности (за что заслужил особое внимание Пересветова), позволь мне излагать мои мысли и в письмах к тебе», - обращается Миша к сестре.

Близок ему и юношеский энтузиазм, которым проникнуты так называемые идеалисты Тургенева. Его захватывает тургеневская стихия света, весь тот неопределенный порыв к чему-то высокому, доброму, чистому, который составляет доминанту творчества писателя, особенно его женских образов. «Прощай, Анюточка, напиши мне «что ты? как ты? переменило ли тебя время?», как говорит тургеневский Михалевич... милый Тургенев, - прочла ли ты его всего и что ты вообще теперь читаешь?» «Милый Тургенев...». Заметим: идеалист Михалевич - один из персонажей романа «Дворянское гнездо». Он олицетворяет призыв к деятельности на пользу отечества, одушевленной высокими идеалами, но испытывает по отношению к себе, и легкую авторскую иронию. Поразительно, как гимназист Врубель, по существу еще мальчик, предчувствует настроения, которые позднее охватят русскую интеллигенцию. И кажется, что в своей защите «бесполезного», нетенденциозного искусства и вообще в своих идеалах он более всего тяготеет к «идеалистам» 1840-х годов - Н.В.Станкевичу, Н.Грановскому, В.Г.Белинскому.


продолжение




*   *   *
  "Изумительная обрисованность, кристаллообразность его техники... Какой другой художник, совершенно отвергая помощь стушевки и приблизительности, каждый тон, каждый чуть заметный нюанс ограничивал тончайшими, чуть заметными, но все же определенными контурами?» «У Врубеля, прежде всего, поражает совершенно особенное понимание формы предметов поверхности, их ограничивающие, изобилуя резкими изломами, образуют дробное сочетание сходящихся под двугранными углами плоскостей; их контуры представляют собой ломаные линии, прямые или близкие к прямым, и весь воспроизводимый образ носит странное сходство с грудой сросшихся друг с другом кристаллов».

*   *   *
Мир Врубеля, www.vrubel-world.ru (C) 1856-2014. Все права защищены. Для писем: natashka (собачка) vrubel-world.ru
Создание сайта приурочено к 150-летию со дня рождения великого русского художника Михаила Врубеля
Материалы этого сайта возможно использовать с личного согласия Михаила Врубеля


Rambler's Top100