Врубель - главная      Мир Врубеля


Врубель     Биография     Шедевры     Картины     Рисунки     Исследования     Музеи     Фото     Хроно     Ссылки
Дмитриева    Коган    Скляренко    Бенуа    Островский    Маковский    Федоров    Рерих      Малолетков    


Вступление     В академии художеств     Монументалист    Великий рисовальщик    На грани безумия    Живописец от бога
Врубель-декоратор    Музыка и литература    Врубель-педагог     Врубель и художественная фотография     Стиль модерн


Ранние годы    Ученичество    Киев. Встреча с древностью    Незамеченные шедевры    Демоническое    
Поиски универсальности    Фантастический реализм    Портреты    Начало нового века    Рисунки с натуры    
Запоздалая слава    Волшебство и магия Врубеля    Тема Пророка    Предпоследнее    Некоторые итоги жизни


Природа и человек в творчестве Врубеля. Статья Алексея Фёдорова-Давыдова

   
   

Демон
Демон, 1890


Гадалка
Гадалка, 1895

   
   

» Первая
» Вторая
» Третья
» Четвертая
» Пятая
» Шестая
» Седьмая
» Восьмая
» Девятая
» Десятая
» Одиннадцатая
» Двенадцатая
» Тринадцатая
» Четырнадцатая
» Пятнадцатая
» Шестнадцатая
» Семнадцатая
» Восемнадцатая
» Девятнадцатая
» Двадцатая
» Двад.первая
» Двад.вторая

   
  
В фантастической, легендарной или сказочной тематике и природа должна была носить соответствующий характер. Но то, что для ее изображения Врубель не использовал натурные этюды, соответствующим образом их перерабатывая, а писал ее, очевидно, по воображению, пользуясь своей замечательной зрительной памятью или порою фотографией, наводит на мысль об особом характере этих пейзажей. Они были обычно не переработкой каких-либо мотивов природы, а целиком созданными художником, так сказать, «пейзажами воображения», в которых конкретными являлись лишь составлявшие их отдельные элементы.
С другой стороны, обращаясь к натурным пейзажам Врубеля, мы видим их резкое отличие от пейзажей его современников - Левитана, Серова, Коровина и других, заключающееся в том, что если у последних в пейзаже господствовало стремление к наибольшей непосредственности передачи природы и в них выражались прямо настроения и переживания художников, то у Врубеля мы видим нечто иное - опосредованность и переживания мотива и чувств, вызываемых природой. Если Врубель не писал специально пейзажных этюдов для своих картин, предпочитая пользоваться запечатлевшимися в памяти образами, в особенности полюбившейся ему итальянской природы, и фотографией, то в самой его художественной памяти, в его творческом воображении сохранялось живое восприятие природы при писании натурных этюдов. Оно входило своеобразно в его мысленные образы «пейзажа воображения». Если в этюдах сказался общий строй мышления и круг образов Врубеля, то и обратно - фантастичность сюжетов и образов его картин не была произвольной и чисто субъективной. Как в сюжетике Врубель исходил из установившихся образов мировой литературы или фольклора, так и в трактовке природы он шел от первичного реального ее восприятия, сохранявшегося в памяти. Врубель вовсе не хотел не считаться с реальными формами людей или предметов, подменять их выдуманными, произвольными даже в фантастической, сказочной или символической тематике. Напротив, он стремился к зрительной реальности для того, чтобы фантастическое общее было убедительным. И он умел этого добиваться, разумеется, совсем иначе, чем Нестеров. Образы лучших произведений Врубеля всегда жизненны и убедительны. Так, фантастический «Демон (сидящий)» воспринимается нами не менее реально, чем, скажем, «Гадалка», и, напротив, совершенно реальная сцена в картине «Испания» и фактически и по внутреннему своему строю является воображаемой и символической. Врубель обладал замечательным даром не только исторические или литературные, но и самые фантастические образы показывать живыми. И точно так же при самой сильной стилизации и трансформации форм растений и фигур, в целях монументальной декоративности и под воздействием стилизации модерна, мы всегда видим и чувствуем лежащую в их основе крепость и верность форм. Она-то и придает такую зрительную убедительность фантастическому, делает условное реальным.
Таким образом, вопрос о взаимоотношении природы и человека в творчестве Врубеля, взятый еще просто как отношение его натурных пейзажей к пейзажам в сюжетных картинных композициях, уже начинает выдвигать коренные проблемы творческого метода художника.
Писавшие о Врубеле всегда отмечали сочетание в его творчестве фантастического с реальным. Это признавал еще первый его биограф А.П.Иванов, утверждая, что «фантастика в созданиях Врубеля непостижимо сливается с глубоким и своеобразным реализмом» и что преображение природы «как бы прозрачно: сквозь него видно знакомое нам и реальное, но уловленное с какой-то новой, никем до Врубеля не замеченной стороны». Вопрос, таким образом, заключается в том, как трактовать само это преображение натуры и соотношение реального и фантастического в творчестве Врубеля. Если Иванов ошибочно понимал это не только в идеалистическом, но даже и в некоем мистическом смысле, то для нас задача заключается не в том, чтобы усматривать в созданиях Врубеля отражение таинственных видений и пророческих снов, а чтобы раскрыть земное содержание и значение поэтической сущности его фантастики. Если односторонним было символическое понимание самого реализма Врубеля Ивановым, то нельзя и сводить дело к простому механическому сочетанию в творчестве художника реалистических и фантастических моментов. И дело здесь даже не столько в том, что он «в самых фантастических по замыслу произведениях... не терял чувства реальности», а, скорее, в том, что в его творчестве мы находим «органическое переплетение реального с фантастическим, любви к натуре с могучим воображением». Последнее в условиях его времени часто приводило к символизму.
Естественно, что в этюдированни с натуры цветов, тканей, пейзажей преобладало стремление к реальности, точности, окрашиваясь «могучим воображением» художника, и, напротив, последнее начинало господствовать в сюжетных произведениях с их чаще всего литературной или легендарной тематикой. Но и там и тут это было всегда именно неразрывное переплетение, взаимопроникновение реального и воображаемого или фантастического, фантастическое и символистическое восприятие реального и реальное воспроизведение фантастического. Анализ натурных пейзажей Врубеля поможет нам лучше понять характер пейзажей в картинах, их взаимоотношения. Но нельзя их также механически просто соединять, как неверно было бы рассматривать сочетание фантастического и реального в творчестве Врубеля в целом как механическое сосуществование. Если образ природы нашел свое основное и оригинальное выражение в пейзаже как одном из компонентов сюжетных композиций художника, то есть в связи с человеком и его внутренними переживаниями, то начинать его рассмотрение надо с натурных этюдов и выявления в них черт, роднящих этюды с большими картинными образами и помогающих их лучше понять.
Скромный по сюжету этюд «Поз-река» (90-е годы, собрание семьи Л.А.Руслановой, Москва) с его бедной северной природой поражает богатством внутреннего содержания. В нем есть и особая «прозрачность» словно детски удивленного восприятия природы, и поэтическая возвышенность ее трактовки, и глубина переживания. Казалось бы, столь разные восприятия гармонически слиты здесь воедино, заставляя вспомнить прекрасные и верные слова о Врубеле его сотоварища по ранним работам в Киеве: «... все относящееся к искусству он делал искренне, как ребенок, и с убеждением пророка».


продолжение




*   *   *

   Благодарим спонсоров нашего сайта:

   »  Лучшие экскурсии в паттайе tc24.club.

  "Изображения цветов, листьев, редко - букетов, чаще всего - одного цветка: красная азалия, розовая азалия, белая азалия, орхидея, красная роза, ирис... Они ослепительны, как самоцветы, лучезарны, мажорны; в одном-единственном цветочном венчике - целая гамма красочных переливов. Музыка красок всегда при этом обусловлена изысканной структурой цветка, которую художник внимательно передает, следуя своему приему расчленения на планы. Малейший изгиб лепестка приобретает под его кистью чеканность, каждый цветочек словно возведен в перл создания. Как говорил о Врубеле художник А.Головин, «есть какая-то безошибочность во всем, что он сделал».

*   *   *
Мир Врубеля, www.vrubel-world.ru (C) 1856-2014. Все права защищены. Для писем: natashka (собачка) vrubel-world.ru
Создание сайта приурочено к 150-летию со дня рождения великого русского художника Михаила Врубеля
Материалы этого сайта возможно использовать с личного согласия Михаила Врубеля


Rambler's Top100