Врубель - главная      Мир Врубеля


Врубель     Биография     Шедевры     Картины     Рисунки     Исследования     Музеи     Фото     Хроно     Ссылки
Дмитриева    Коган    Скляренко    Бенуа    Островский    Маковский    Федоров    Рерих      Малолетков    


Вступление     В академии художеств     Монументалист    Великий рисовальщик    На грани безумия    Живописец от бога
Врубель-декоратор    Музыка и литература    Врубель-педагог     Врубель и художественная фотография     Стиль модерн


Ранние годы    Ученичество    Киев. Встреча с древностью    Незамеченные шедевры    Демоническое    
Поиски универсальности    Фантастический реализм    Портреты    Начало нового века    Рисунки с натуры    
Запоздалая слава    Волшебство и магия Врубеля    Тема Пророка    Предпоследнее    Некоторые итоги жизни


Врубель. Подробная биография на шестнадцати страницах

  
   

» Первая
» Вторая
» Третья
» Четвертая
» Пятая
» Шестая
» Седьмая
» Восьмая
» Девятая
» Десятая
» Одиннадцатая
» Двенадцатая
» Тринадцатая
» Четырнадцатая
» Пятнадцатая
» Шестнадцатая

   
   

Снегурочка
Снегурочка. 1890-е

   
   
Сколь значительно и красноречиво может быть отсутствие, пауза, молчание, известно всем, но мы знаем это безотчетно, на уровне темной, бесформенной интуиции; у Врубеля она возведена в ранг интеллектуальной интуиции, запечатленной в самом строении изобразительной формы. В этом качестве искусство Врубеля оказывается одним из самых ранних и совершенных воплощений символической поэтики, принцип которой, как указывалось в одном из философских исследований, 'состоит в том, чтобы понять явное через неявное, то, что сказано, через то, что не может быть сказано, понять слово - через молчание, сущее - через не сущее, бытие - через ничто'. 'Поэзия символа в той или иной степени стремилась передать состояние, возникающее в человеческой душе через соприкосновение с миром невидимого'. Для живописи, принципиально укорененной в очевидном, это равносильно парадоксу изображения неизобразимого.
Но 'гений - парадоксов друг'. Врубель умел находить в пределах зримо очевидного такие положения, где видимое соприкасается с невидимым. Для этого необходимо сделать невидимое соприсущим тому, что существует перед глазами. Но как это возможно?

Сила тяготения в координатах 'горизонталь - вертикаль' не видна, неосязаема, но она есть, и она предопределяет стратегию действия, ритм, расчет, порядок распределения усилий. Врубель изображал этот способ действия, но в плоскости листа, наделяя сопротивляемостью каменной породы само изобразительное пространство.
На уровне психологических экспрессии предельным из таких состояний, олицетворяющих соприкосновение с миром невидимого, является пребывание у порога небытия, перед лицом смерти - та же Гадалка, явно ассоциированная со сценой гадания в опере Визе Кармен, но особенно в Надгробных плачах Владимирских эскизов.
Теперь можно точнее охарактеризовать суть врубелевского символизма, скрытого в особенностях его 'техники'. Мы часто произносим 'точка зрения', 'угол зрения', 'траектория взгляда'. Подобно тому, как, рассматривая нечто в действительности, мы не видим своего лица, так эти точки, углы, траектории тоже невидимы, но они есть, составляя незримую предпосылку для того, чтобы нечто вообще могло материализоваться и быть увидено. При этом мы понимаем, что обозначающие эту предпосылку слова 'точка', 'угол', 'траектория' суть переносные выражения, метафоры. Греческое 'метафора' буквально означает 'перенос'. Врубель же переносил на изобразительную поверхность и оставлял видимый след невидимого присутствия этих углов и траекторий зрения; выстроенная таким способом форма предстает как явленность неявного, знаменование невидимого. Это и есть кристаллизованная в 'технике' основная, 'фундаментальная' художественная метафора, скрытая в предпосылке врубелевского творчества.

Но таким прикосновением к запредельному является искусство в целом: касаясь взглядом раскрашенных холстов, мы творим из них образы, вместе с которыми мы оказываемся буквально в другом измерении, чем плоскости, покрытые в определенном порядке красками. А потому фундаментальная врубелевская метафора есть неустаннее. на всех уровнях и в разных сюжетных модификациях освидетельствование 'открытой' тайны, которую все мы видим и не видим, -чуда сотворения художественной иллюзии. 'Иллюзионировать душу' - снова одна из точнейших автохарактеристик Врубеля. Словно движимый вопросом 'из чего сделаны сны?', художник вглядывается в иррациональный промежуток между измеримым (углы, точки, траектории, пятна на изобразительной поверхности) и принципиально неизмеримым - сотворяемой в искусстве иллюзией другой действительности, бесконечно превосходящей любую измеримость. Характер этого сверхпристального взгляда один из критиков начала века назвал 'демонической выразительностью'. И в самом деле, тайна, которую отважился постигнуть художник, в абсолютной несоизмеримости того, из чего сотворено, с тем, что сотворено, - эта тайна подобна чуду творения из ничего. Не дерзает ли в таком случае художник соревноваться с Творцом? И если так, то в природе творческого акта заключено нечто демоническое. Что подвигало первых романтиков, обнаруживших существование самой проблемы, к способным вызывать 'страх и трепет' сентенциям вроде следующей: 'Поэтическое произведение есть явление высочайшей гордости человеческого духа: человек присваивает себе право творить (у цитируемого здесь Владимира Одоевского существует вариант этого места: 'Человек становится на степень Творца, он присваивает себе право творить'). Поэтический грех не есть грех общечеловеческий; он совершен вне мира и потому прощен быть не может. Дурной поэт никогда не может исправиться, ни возбудить сострадания, подобно человеку просто несчастному и даже преступному' Таким образом, проблема творчества неотвратимо поворачивается в плоскость этической и даже религиозной антиномии: смирение или гордыня.
Великий труженик на своем специальном поприще и слишком грамотный эстет с широкой классической образованностью, чтобы не знать и не ценить красоту меры, Врубель в этом 'или... или' выбрал середину: 'ни день, ни ночь - ни мрак, ни свет'. Именно таков врубелевский Демон, каким он явлен в картине 1890 года.


следующая страница »


Страницы творчества:     первая     вторая     третья     четвертая     пятая     шестая     седьмая




*   *   *
  «Он во всех своих произведениях был именно классичен, если понимать под этим убедительность, основательность, внушительность художественного произведения. Все, что бы ни сделал Врубель, было классически хорошо... Чувствуешь, что здесь «все на месте», что тут ничего нельзя переделать... Есть какая-то безошибочность во всем, что он сделал». (С.Головин)

*   *   *
Мир Врубеля, www.vrubel-world.ru (C) 1856-2014. Все права защищены. Для писем: natashka (собачка) vrubel-world.ru
Создание сайта приурочено к 150-летию со дня рождения великого русского художника Михаила Врубеля
Материалы этого сайта возможно использовать с личного согласия Михаила Врубеля


Rambler's Top100