Врубель - главная      Мир Врубеля


Врубель     Биография     Шедевры     Картины     Рисунки     Исследования     Музеи     Фото     Хроно     Ссылки
Дмитриева    Коган    Скляренко    Бенуа    Островский    Маковский    Федоров    Рерих      Малолетков    


Вступление     В академии художеств     Монументалист    Великий рисовальщик    На грани безумия    Живописец от бога
Врубель-декоратор    Музыка и литература    Врубель-педагог     Врубель и художественная фотография     Стиль модерн


Ранние годы    Ученичество    Киев. Встреча с древностью    Незамеченные шедевры    Демоническое    
Поиски универсальности    Фантастический реализм    Портреты    Начало нового века    Рисунки с натуры    
Запоздалая слава    Волшебство и магия Врубеля    Тема Пророка    Предпоследнее    Некоторые итоги жизни


Михаил Врубель. Автопортреты. Подробная биография на шестнадцати страницах.

  
   

» Первая
» Вторая
» Третья
» Четвертая
» Пятая
» Шестая
» Седьмая
» Восьмая
» Девятая
» Десятая
» Одиннадцатая
» Двенадцатая
» Тринадцатая
» Четырнадцатая
» Пятнадцатая
» Шестнадцатая

   
   

Михаил Врубель
Автопортрет с раковиной,
1905

   
   
В пространстве, где звучат разговоры об искусстве, имя Врубеля издавна окружено ореолом легенды. Художественные репутации получаются 'из воздуха' непостижимым образом. В разных пропорциях в них смешиваются домысел, легенда, миф.
Корень всякой легенды – удивительное, странное. От слова 'странное' происходит слово 'странник'. Собственно, художник – это и есть человек, который, влекомый своим даром или призванием, способен вдруг свернуть с надежных, проторенных путей очевидно полезной практической деятельности и посвятить себя 'бесполезному'. Откуда берется такая способность – это тайна. А потому изначально отмеченная такой способностью артистическая натура заключает в себе таинственность странного. Странник - тот, кто шествует неведомо откуда неведомо куда. Он как бы чужестранец и немножко 'не от мира сего'. Можно в этой связи заметить, что в знаменитейших произведениях русской живописи (Явление Христа народу, Боярыня Морозова, Христос и грешница) знаменитейшие русские художники - Александр Иванов, Василий Суриков, Василий Поленов - наделяют автопортретными чертами фигуры странников. Видя себя в ином времени и пространстве, отрешенными от прямого участия в изображаемых событиях, они во всех трех случаях являются в образе немых Показания свидетелей и очевидцев, словно исполняющих завет 'и виждь, и внемли'. Совершеннейшим воплощением этого состояния является автопортретный этюд Иванова Путешественник (1840-е).

Врубель оставил большое количество автопортретов, главным образом графических. Каким же в этих автопортретах являет себя Врубель относительно той миссии, которую олицетворяют автопортретные персонажи названных мастеров? Сопоставим один из самых ранних графических автопортретов Врубеля 1885 года с ивановским автопортретом в образе странника. У Иванова широко отверстый взгляд устремлен по диагонали вверх так, как бывает тогда, когда взор подъемлется к небу. Во врубелевском автопортрете голова наклонена так, как бывает, когда что-либо миниатюрное разглядывают в лупу. И хотя на самом деле взгляд устремлен перед собой, в зеркало, он сохраняет при этом ту сосредоточенную пристальность к исчезающе малому, как если бы он наблюдал, как на холодном, прозрачном стекле постепенно истаивает туманистый след теплого дыхания - и в развязке взгляд остается один на один с пустотой, несуществованием. Взгляд Иванова - в широту объемлющего мир небосвода; внимание Врубеля словно силится проникнуть сквозь границу, за которой все сущее исчезает в невидимости, перестает быть очевидным.

В поздних автопортретах Врубеля мы должны будем отметить еще одну особенность: горделиво-самодостаточное, замкнутое выражение лица (Автопортрет, 1904) . Постоянно сохраняется горькая, жесткая складка губ, как бы 'печать на устах'. Иванов некогда рассуждал о том, что 'поэт русский должен быть в духе азиатском, в виде пророка'; во врубелевской Голове пророка (1904-1905) , которую можно считать версией автопортрета, и в одновременной этому изображению серии автопортретов 1904-1905 годов - везде сохраняется эта 'печать'. Но если миссия пророка - 'глаголом жечь сердца людей', то врубелевский пророк поражает как раз обратным выражением. Он словно выступает носителем тайны, которая замыкает ему уста. Итак, уже в этих моментах своего творческого и художественного облика Врубель оказывается в отношении полемики к традиционным мотивам и образам русского искусства.


следующая страница »


Страницы творчества:     первая     вторая     третья     четвертая     пятая     шестая     седьмая




*   *   *

   Благодарим спонсоров нашего сайта:

   »  http://www.cliptronic.ru/ - продакшн студия аудиоролики

  "Изумительная обрисованность, кристаллообразность его техники... Какой другой художник, совершенно отвергая помощь стушевки и приблизительности, каждый тон, каждый чуть заметный нюанс ограничивал тончайшими, чуть заметными, но все же определенными контурами?» «У Врубеля, прежде всего, поражает совершенно особенное понимание формы предметов поверхности, их ограничивающие, изобилуя резкими изломами, образуют дробное сочетание сходящихся под двугранными углами плоскостей; их контуры представляют собой ломаные линии, прямые или близкие к прямым, и весь воспроизводимый образ носит странное сходство с грудой сросшихся друг с другом кристаллов».

*   *   *
Мир Врубеля, www.vrubel-world.ru (C) 1856-2014. Все права защищены. Для писем: natashka (собачка) vrubel-world.ru
Создание сайта приурочено к 150-летию со дня рождения великого русского художника Михаила Врубеля
Материалы этого сайта возможно использовать с личного согласия Михаила Врубеля


Rambler's Top100